Сейчас невозможно поверить, что когда-то музыку Прокофьева для балета «Ромео и Джульетта» не приняли два главных театра страны, сочтя ее не танцевальной, ведь главную историю о любви, положенную на эту великую музыку, ставили потом почти все знаменитые хореографы ХХ века. Каждому из них удалось прочесть трагедию Шекспира по-своему и вновь заставить зрителя сопереживать веронским возлюбленным. Балет Алексея Ратманского, премьеру которого Большой театр покажет в рамках «Большого балета в кино», станет четвертой версией этой истории в Большом (в театре шли спектакли Лавровского, Поклитару, Григоровича) — и нет никаких сомнений в том, что спектакль будет обречен на успех. Мировая премьера балета состоялась в 2011 году в Торонто и получила высокие оценки критиков и зрителей, отметивших экспрессивность, музыкальность, драматическую наполненность спектакля и присущую спектаклям Ратманского эмоциональную глубину. «Возможно, история стала менее сентиментальной, но обрела свежее, живое дыхание, у этой истории есть душа», — писала о спектакле канадская пресса.
