Киноляпы в фильме Ее величество Миссис Браун

Когда братья вытираются после купания, на заднем плане виден виндсерфер, чуть левее Арчи.

В 1871 году, после мессы благодарения в часовне Святого Георгия в Виндзоре, в честь выздоровления принца Уэльского от брюшного тифа, все королевские кареты несут монограмму "VRI," означающую Victoria Regina Imperatrix (Виктория, королева и императрица). Буква "I" была добавлена в 1876 году, когда королева Виктория была провозглашена императрицей Индии.

Горничная рассказывает Брауну о «лорде Теннисоне». Альфред, лорд Теннисон стал пэром в 1884 году, через год после смерти Брауна.

Бенджамин Дизраэли показан в должности премьер-министра в 1866 году. Дизраэли стал премьер-министром 27 февраля 1868 года.

Сразу после того как на экране появляется "1867", один из ораторов в парламенте поднимает вопрос о "лишении Ирландской церкви статуса государственной церкви". Официально известный как The Irish Church Act 1869, он был принят парламентом во время администрации Уильяма Гладстона, то есть после первого министерства Дизраэли (завершившегося 1 декабря 1868 года) и до его второго министерства (начавшегося 20 февраля 1874 года).

В фильме сэр Генри Понсонби — личный секретарь королевы до 1866 года. Понсонби стал личным секретарём королевы Виктории после смерти сэра Чарльза Грея, занимавшего до него пост личного секретаря суверена, 31 марта 1870 года.

Ближе к концу фильма Джон пишет в своём дневнике. Он заканчивает запись, закрывает дневник, а затем выбегает из комнаты. Но любой, кто когда‑либо пользовался стальным пером (например, наш мистер Браун!), никогда бы просто так не закрыл дневник. Такой человек дал бы чернилам высохнуть или промокнул бы их; иначе чернила размазались бы и всё испачкалось.

В Озборн-хаусе Браун стоит на верхней террасе, под окнами парадного зала второго этажа, рядом с белым пони Королевы', готовым и ожидающим зова Королевы' для верховой езды. Со стороны уровня верхней террасы он стоит справа от лошади. Когда Королева проходит через парадный зал вместе с дочерьми, она через окно замечает Брауна, стоящего и ожидающего, и останавливается у окна, чтобы рассмотреть его поближе. Теперь Браун стоит слева от лошади; эта сторона кажется ближе к окну из‑за угла съемки.

Когда Миссис Браун и королева находятся в лодке на лохе, издалека на корме судна развивается красный флаг. В последующих сценах, снятых в лодке, флаг за спиной королевы — синий.

Дизраэли произносит речь по запискам в парламенте, а затем снова в конце фильма. В реальной жизни Дизраэли произносил все свои выступления по памяти, в том числе и длительные — по несколько часов — и такие, которые включали сложную статистику. Он предостерегал молодых политиков от использования записок как костыля.

Когда принц Уэльский выздоравливает от тифа, королева приказывает, чтобы в часовне Святого Георгия была проведена благодарственная месса. Королева Виктория была набожной приверженкой низкоцерковного англиканства в Англии и пресвитерианства в Шотландии и никогда бы не приказала совершить мессу. В соборе Святого Павла прошло богослужение благодарения Церкви Англии.

Когда Викторию показывают во время её первой конной прогулки с Брауном, она сидит в седле как наездник — в ковбойском (западном) стиле. Английские женщины, особенно аристократки, никогда не ездили таким образом. В то время общепринятым способом для женщин была езда боком в седле (sidesaddle).

Когда Виктория впервые принимает мистера Брауна, она пишет левой рукой. Хотя предполагается, что Виктория по природе была левшой (она рисовала левой рукой), она определённо писала правой — вынужденное переучивание, распространённое вплоть до XX века. Позже Викторию показывают в процессе вязания крючком правой рукой, тогда как почти наверняка она вязала бы крючком левой.

Принц Уэльский, говоря о своей матери, говорит, "Она заказывает отливку его [Брауна] бюста из мрамора Nero Marquino." Бюсты из мрамора не отливают, их вырезают. Только бронзовые бюсты отливают.

Джон Браун весь фильм носит сине-зелёный тартан, за исключением танца с королевой, когда он надевает красный тартан. В нормальных обстоятельствах горец носил бы только тартан своего клана, даже на королевском приёме. Будучи придворным слугой, от него ожидалось бы, что он будет носить королевские тартаны. Красный — Royal Stewart, зелёный, возможно, — Hunting Stewart.

Читая газетную статью о Брауне, Генри Понсонби упоминает, что Браун слушала «Auld Lang Syne», исполненную самим Робертом Бернсом. Бернс умер в 1796 году, за 30 лет до рождения Брауна. Понсонби, сделавший это замечание в шутку, имеет в виду спиритический сеанс.