Москва, RU
Ваши билеты в личном кабинете
Рестораны уже открыты. Интересно? жми сюда

«По ту сторону надежды»: Рецензия Киноафиши

«По ту сторону надежды»: Рецензия Киноафиши
Добро пожаловать в финский Эдем

Что может утешить усталого путника после долгой дороги? – Конечно же, душ. Особенно если он (путник) всё время странствий просидел в куче с углем на грузовом корабле. (Нет, ну а как еще честному беженцу пересечь границу дружеского государства?! Таможня же, матросы, неласковые с безбилетниками и т.д.) Кстати, а после душевой можно и о ночлеге подумать: например, постучаться в ближайший полицейский участок и потребовать политического убежища. Там ваше появление никого и не удивит (вы не первый!), поэтому минут через двадцать у вас будет крыша над головой и горячий тюремный ужин. А через пару дней оформите статус беженца и будете наслаждаться местным колоритом вплоть до суда, который всё и решит: оставлять ли вас в стране обетованной, или депортировать туда, откуда приехали.

Кадр из фильма Аки Каурисмяки «По ту строну надежды»
Кадр из фильма Аки Каурисмяки «По ту строну надежды»

Именно так было и с Каледом – сирийским беженцем из Алеппо, приплывшим в Финляндию зайцем на барже с углем. Впрочем, речь не только о нем. В то время, когда Калед выбирался из угольной кучи, на другом конце благополучного финского городка благополучный же коммивояжер уходил от своей жены. Часом позже он продал свой крохотный магазин и отправился играть в казино. А неудачливым в любви на деньги везет. Поэтому в казино Викстрём не просто выиграл, но ушел оттуда с джек-потом в кармане. Его (джек-пот) новоявленный миллионер быстренько приспособил к делу: купил самую безнадежную забегаловку во всей округе, радовавшую местных обывателей вонючим пивом с консервами. В общем, Викстрём стал респектабельным буржуа весьма средней руки. Тем не менее, столь высокий статус и солидное общественной положение (коренной финн и хозяин пивной рыгаловки!) не помешали ему однажды познакомиться на помойке с бомжом – с бывшим сирийцем, которого звали Калед…

Кадр из фильма Аки Каурисмяки «По ту строну надежды»
Кадр из фильма Аки Каурисмяки «По ту строну надежды»

На последнем Берлинском фестивале фильм «По ту сторону надежды» Аки Каурисмяки был в статусе фаворита. Гран-при, однако, достался не ему, а пронзительно и одновременно жесткой венгерской драме Ильдико Эньеди «О теле и душе». Финский же маэстро получил Серебряного Медведя – приз за лучшую режиссуру. По этому поводу кто-то из критиков даже пошутил: мол, все ждали от «Надежды» откровений и новизны, а получили вполне знакомый шедевр в стиле Каурисмяки и почему-то сильно удивились. Так сильно, что главного приза решили ему все-таки не давать. Как бы то ни было, долю правды в подобных шутках разглядеть не так сложно: Аки Каурисмяки действительно не стал «сходить с привычной тропы». Он снял фильм, про который в учебниках по истории кино вполне могут написать, что «это типичный Каурисмяки».

Кадр из фильма Аки Каурисмяки «По ту строну надежды»
Кадр из фильма Аки Каурисмяки «По ту строну надежды»

Формально «По ту сторону надежды» - вторая часть портово-мигрантской трилогии (первой стал «Гавр» - история о мальчике-беженце). Но по факту, перед нами действительно «типичный Каурисмяки»: такое впечатление, что перед нами концентрат всей его фильмографии, «плоть от плоти» всех его предыдущих картин. «Надежда» - свод тем, образов и приемов, свойственных творчеству финского мастера в целом. «Человек, попавший в чужой город и пытающийся к нему приспособиться» - наверное, именно так можно сформулировать самую главную тему Каурисмяки (вспомним хоть «Ариэль», «Человека без прошлого», «Гавра» и т.д.). В этот раз тема чуть меняется – как и в «Гавре», она приобретает эмигрантский оттенок. Однако сам маэстро остается прежним.

Кадр из фильма Аки Каурисмяки «По ту строну надежды»
Кадр из фильма Аки Каурисмяки «По ту строну надежды»

Казалось бы, на дворе давным-давно 21-ый век, а полицейский в кадре по-прежнему печатает на машинке. И люди выглядят так, как будто за окном 90-е. И местные «умники», избивающие Каледа, мало чем отличаются от тех, кто убивал и грабил героя из «Ариэля» или «Человека из прошлого». И музыканты (куда же без них!!!) играют всё тот же старый добрый «рокешник», который бацали на гитарах лет двадцать-тридцать назад. Да, по телевизору крутят новости о бомбежках в Алеппо, но других примет времени не так уж и много. А значит, можно говорить о том, что автора интересует вовсе не злободневность и не сиюминутность ситуации. В фильмах Каурисмяки давно прописалось безвременье, его истории лишены привязки к конкретному временному отрезку: перед нами просто застывший город, в котором буквы закона мешают жить хорошим и добрым людям. И где всегда найдутся другие хорошие и добрые люди, хотящие помочь первым.

Кадр из фильма Аки Каурисмяки «По ту строну надежды»
Кадр из фильма Аки Каурисмяки «По ту строну надежды»

Остался прежним и фирменный стилистический почерк Аки Каурисмяки. Визуальный минимализм, статика камеры, медитативный темпо-ритм и внешняя невозмутимость актеров, доведенная до абсурда и превращающая их в подобие манекенов… И, конечно, неповторимая ироничная меланхолия (или меланхоличная ирония), которой пропитан каждый без исключения фильм финского маэстро и в которую не влюбиться нельзя. А еще – кисловатый привкус захолустья, ощущение неприкаянности, неустроенности, заброшенности. Всё это кочует у режиссера из картины в картину, делая узнаваемым каждый кадр. Всё это найдется и здесь, «По ту сторону надежды». В фильме, который (как и все работы Каурисмяки!) от безнадежности страшно далек.

Вера Алёнушкина

В российском прокате с 7 декабря

Расписание и покупка билетов на фильм «По ту сторону надежды»