Гомес включает несколько 16mm домашних киноплёнок, снятых, когда он и Фестер были детьми, из 1930's. Действие этого фильма происходит в 1990's, что ставит Гомеса и Фестера примерно в возрасте шестидесяти лет. В другом месте фильма дата рождения Фестера указана как 1947, а Гомес моложе его.
Девиз семьи Аддамс на латыни "Sic gorgiamus allos subjectatos nunc," на самом деле переводится как "Так давайте насладимся крылышками сейчас". Более точной цитатой было бы: "qui nos opprimere velint, illos libenter devoramus", что переводится как "Те, кто желает угнетать нас, — давайте с радостью пожрём их".
Фестер говорит Уэнсдей: "Целься в крупную артерию: яремную!" Однако яремная — это вена; главная артерия в шее — сонная артерия.
Когда Morticia возвращается в особняк Аддамсов, чтобы поговорить с Tully, и попадает в плен, а Thing следует за ней и возвращается в мотель, чтобы сообщить об этом Gomez, на дворе явно ночь. Но когда Gomez за столом и Thing пытается с ним связаться, комната наполнена дневным светом. Когда они уходят спасать Morticia, снова ночь.
Когда Маргарет вместе с Мортишей рассматривает китайскую ловушку для пальцев, она вставляет в неё оба пальца — и они оказываются в ловушке. В следующем кадре её пальцы уже свободны. Затем она вставляет их снова, и на этот раз они застревают.
Когда Мортиша освобождает шкаф для благотворительной распродажи, её руки в крупных планах подняты, а в общих — опущены.
Ближе к концу, когда Талли и доктор Пиндер-Шлосс выбрасываются в воздух, они меняются местами, прежде чем приземлиться в соответствующие им гробы.
Уэнсдей опускает один из четырёх рычагов на электрическом кресле, но в следующем кадре опущены и два других рычага.
Во время спиритического сеанса, после того как Маргарет освобождает свою руку от Грэнни (на самом деле — Тинга, в шутку), Грэнни всё ещё держит руку Маргарет, когда Мортиша ругает её в следующем кадре.
Когда Рука использует азбуку Морзе, чтобы сообщить Гомесу о похищении Мортиши, он держит ложку за чашечную часть, в то время как ручка стучит по столу; но в следующем кадре он держит её за ручку, а чашечная часть стучит по столу.
Когда мяч для гольфа попадает в миску судьи с хлопьями, его лицо и верх пижамы покрыты молоком. Выходя на переднее крыльцо, чтобы накричать на Гомеса, он обнаруживает кусочки хлопьев, прилипшие к лицу и груди, а молоко на лице и верхней части пижамы уже высохло. Также, когда мяч плескается в миску, молоко покрывает большую часть передней части пижамы, а когда он выходит на крыльцо, промокла только небольшая область спереди у шеи.
После того как Дядюшка Фестер впервые появляется, в сцене "бурной ночи" перед особняком Аддамсов видны забор и большое дерево или длинная водосточная труба, однако в дневном кадре "на следующее утро" их обоих нет.
Внизу горки, по пути к хранилищу, правая рука Дяди Фестера в разных кадрах ошибочно то оказывается у его бока, то — у его горла.
Когда в конце Фестер вызывает в доме ураган, изображение за ним выглядит так, как должно — видно книжный шкаф позади него. Кадр переключается на мисс Крейвен с точно таким же фоном за ней, хотя она и Фестер стоят друг напротив друга.
(примерно на 4-й минуте) Пока Гомес и Рука стоят в дверном проёме комнаты Фестера, от руки без тела отбрасывается тень.
Пока Гомес играет со своим поездом, Фестер готовится найти хранилище, прикрепляя к широкому поясу поверх пальто кучу припасов, включая динамит и лом. Когда он вылезает из люка прямо перед Мортишой, пояс и припасы исчезают.
В их последнем объятии Мортиша дважды тянется к голове Гомеса.
Бабушка появляется во время исполнения «Мамушки», а также проходит мимо Талли и доктора, пока исполняется «Мамушка». Танцор в тёмной шляпе, исполняющий «Мамушку», виден справа, когда Талли уходит. Также Маргарет и Кузен Итт проходят мимо них, одновременно наблюдая за танцем.
Когда Фестер прибывает на танец и Мортиша призывает всех обратить внимание, на танцполе перед ней стоит рыжеволосая танцовщица, но когда кадр переключается на Фестера и Мортишу, она и её партнёр оказываются за правым плечом Фестера.
Когда доктор Пиндершлосс приходит забрать Гордона прямо перед Мумушкой, её волосы растрёпаны. В следующей сцене, когда они вдвоём идут к воротам, её причёска аккуратная.
Когда Гордон, поедая китайскую еду, угрожает Талли, он наклоняется к нему, но не прикасается. Однако в одном кадре Гордон крепко держит Талли за лацкан пиджака.
Когда Лёрч выпивает лимонад Уэнсдей и Пагсли и отрыгает огненный шар, который опаливает деревянную статуэтку индейца, обожжённая статуэтка отличается по дизайну от первоначальной.
Когда Фестер впервые встречает Талли, он хватает Талли за рубашку правой рукой и прижимает его к стене. В следующем кадре Фестер уже держит Талли за горло левой рукой. Затем в следующем кадре, когда он переворачивает Талли вверх тормашками, снова задействована правая рука.
Когда Дядя Фестер влезает в окно своей спальни после того, как погнался за Уэнсдей на кладбище, на задней части его воротника видно страховочную привязь.
Судье никогда не разрешили бы председательствовать в деле, в котором участвует его сосед, по той самой причине, показанной в фильме: существует риск, что личные чувства судьи к соседу помешают вынести беспристрастную оценку.
Лёрч поджигает деревянного индейца возле мотеля, выдыхая на него огонь. В последующих сценах индеец восстановлен.
Когда Уэнсдей говорит доктору Пиндершлоссу "Из Бермудского треугольника никто не выходит, даже ради отпуска", она знает, что её собственные родители провели там свой медовый месяц и, следовательно, должны были выбраться.
Когда Тинг пытается рассказать Гомесу о Мортише, он использует то, что похоже на пальцевую азбуку американского языка жестов. Однако он на самом деле не составляет слов, а показывает случайные буквы, в основном T, M, N, R и несколько других, а также несколько других случайных положений руки, которые вовсе не являются буквами.
Когда Тинг тащит тележку со своими вещами, видно, что тележку тянет нитка.
Когда Тинг посылает Гомесу сигналы Морзе после того, как Мортиша была похищена, постукивая ложкой по столу, видно, как часть стола покачивается, обнажая щель, через которую актёр просовывает руку.
В конце фильма, когда Фестер пожимает Гомесу руку, Гомес кружится и падает на спину, обнажая лицо каскадёра.
