Алексей, «Очень странные дела»
Пожалуй, самый «уютный» персонаж во всем сериале братьев Даффер: с фруктовым льдом в одной руке и плюшевым Вуди Вудпекером в другой, Алексей мгновенно превратился во всеобщего любимца. Да и что в нем может не понравиться? Он мастерски потешается над Хоппером, хихикает над Looney Tunes и приносит в жертву свое изобретение ради спасения мира. Кто-то скажет, что Алексей не более чем предатель Родины, ведь он был готов променять ее на дядю Сэма, но, как и все в «Очень странных делах», это еще один оммаж кино 80-х: ты либо заядлый коммунист, либо заложник Советов.
Светлана, «Бесстыжие»
Героиня из категории «и в горящую избу войдет, и коня на скаку остановит», которой удавалось построить всех вокруг себя и внушить им страх своим страшным русским акцентом. В духе «Бесстыжих», на регулярной основе высмеивавших пресловутую «американскую мечту», история Светланы тоже служила этой цели: она попала в США незаконно, занималась проституцией, а затем по глупости Вероники и Кевина стащила их бар прямо у них из-под носа. Ближе к уходу исполнительницы этой роли Исидоры Горештер из проекта Светлана стала практически невыносима, однако за бизнес-чутье, смекалку и находчивость вносим ее в наш список.
Илья Курякин, «Агенты А.Н.К.Л.»
Перевернутые столы, оторванные крышки багажников и умение правильно подбирать аксессуары – этим и многим другим запомнился зрителям Илья Курякин из фильма Гая Ричи. Режиссер вообще знает толк в русских, и Курякин – лишнее тому подтверждение. Построенный на противопоставлении советского и американского агентов фильм тем не менее не был замечен в однобоком взгляде ни на одного, ни на второго: на долю обоих приходятся как издевки, так и похвала. Поначалу Курякин показывается мрачным и постоянно напряженным солдафоном, как будто Ричи решил собрать все стереотипы о русских в одном герое, но позже тот эффективно разрушает всю эту ауру мрака и идеологической ахинеи.
Борис Бритва, «Большой куш»
Еще один крутой русский в коллекции Гая Ричи, ставший символом «Большого куша». Появления бывшего агент КГБ, а ныне торговца оружием сопровождаются веселеньким балалаечным мотивом, а речь его пестрит колоритной матерщиной, причем всегда в самые подходящие моменты. Добавляем сюда феноменальную стойкость к пулям – и получаем «мегарусского», который, хотя и слегка стереотипен, тем не менее является одним из самых удачных и запоминающихся образов экранных русских.
Виктор Петров, «Карточный домик»
Списанный с небезызвестного политика президент РФ Виктор Петров примечателен по нескольким причинам. Во-первых, это не столько карикатура на власть держащего в России, сколько вдохновленный им самостоятельный персонаж. Во-вторых, за несколько сезонов «Карточного домика» он оказался одним из немногих героев, изображенных как ровня Фрэнку Андервуду, если не перещеголявшим его в смекалке и хитрости. Эпизоды с Петровым даже не грешили наличием откровенной «клюквы»: попойка с водкой за несколько десятков тысяч долларов за бутылку и исполнение песен вроде «Коробейников» на официальных приемах кажутся вполне реальными занятиями российских политиков.
