«Наш отец»: Рецензия Киноафиши

На дворе 1976 год, семья Ле Розе живет в элитном районе Рима, ни в чем не нуждаясь. Валерио, мальчику с ангельской внешностью, 10 лет, и его детство кажется спокойным и безоблачным. Но в одно мгновение весь привычный уклад жизни рушится: он слышит звуки стрельбы, выбегает на балкон и видит, как напали на его отца. Родители не подозревают, что дети могли что-то заметить, и понятия не имеют, что именно пришлось пережить их сыну. Вскоре у Валерио появляется таинственный друг Кристиан, который загадочным образом в нужный момент оказывается рядом и ненароком помогает ему справиться с последствиями травмы.

Период борьбы с терроризмом в Италии с конца 60-х до конца 80-х, также известный как «Свинцовые семидесятые», наилучшим образом показан в кинематографии. С помощью камеры режиссеры не перестают сыпать соль на раны итальянской общественности, которые все еще кровоточат после всплеска насилия 50-летний давности. Эту тему, пожалуй, лучше всех исследовал другой итальянский автор – Марко Беллоккьо. Его первая работа «Кулаки в кармане» о разлагающейся консервативной буржуазии Италии стала одним из самых успешных дебютов в кино, а картина «Здравствуй, ночь» попыталась рассказать историю похищения Альдо Моро леворадикальной группировкой «Красные бригады» (самая известная и обсуждаемая акция в годы террора) изнутри молодежной организации, жаждущей крови. Но то, что принципиально отличает Ноче от Беллоккьо и других представителей киноконтестации, или иначе говоря «бунтарского кино», – это его позиция по другую сторону баррикад. Семья режиссера стала жертвой экстремистских действий революционеров, и ему вряд ли хочется исследовать левую идеологию или общественные сдвиги своей страны. Он выбирает рефлексию о событиях, произошедших с ним еще в детстве, которые, вероятно, не отпускают автора и по сей день. Обнажая свою личную травму той эпохи, Клаудио Ноче берет некоторые факты из попытки убийства его отца, заместителя начальника полиции, и с помощью кино пытается понять, как эта история повлияла на него самого и его семью, и достичь своего рода спасательного катарсиса.

Медленное движение камеры наилучшим образом способствует погружению в сюжет. Мы словно оказываемся глубоко в подсознании режиссера и вместе с ним натыкаемся на запертые детские двери, за которыми находится обжигающая правда, клочок болезненных воспоминаний. Режиссер строит свой фильм так, чтобы зритель смотрел на происходящее глазами ребенка: многие моменты кажутся размытыми из-за детской впечатлительности, взрослые здесь нарочно сняты какими-то чересчур массивными, а дружба с загадочным мальчиком кажется каким-то давно забытым приятным сном. Но именно на образе Кристиана спотыкается весь сюжет картины. У мальчика есть привычка исчезать, когда рядом оказывается кто-то из взрослых, и это заставляет нас думать, что новый знакомый Валерио – всего лишь плод детского воображения. Но это впечатление нарушается, как только семья мальчика уезжает в солнечную Калабрию, где снова оказывается его эльфийский друг, но теперь уже вся семья может его видеть. Первоначальная задумка была вполне многообещающей, но сценарий не кажется должным образом продуманным, из-за чего возникают вполне справедливые вопросы. Когда же личность Кристиана наконец раскрывается, то не выглядит убедительной, из-за чего есть риск остаться недовольным и испортить себе первое впечатление.

«Наш отец» – очень медленное и красивое кино, отчасти ностальгическое. Вы не увидите здесь детективной истории или разоблачения тех самых радикальных группировок. Вы также вряд ли почувствуете дух 70-х или особую смесь итальянской культуры. Режиссер не зацикливает на этом внимание, отбрасывая подобные элементы, как ненужный мусор. Это фильм для тех, кого больше цепляют ощущение и воздух, из которого соткана работа, чем гладкий, без всякой шероховатости сюжет. Ведь в центре всего –мальчик и его травма, а мы, зрители, лишь наблюдаем за рассеивающейся пеленой воспоминаний, проработав которые, герой, вероятно, сможет отдышаться и идти дальше.