«Жадность»: Рецензия Киноафиши

Эксцентричный миллиардер, владелец сети бутиков и модных магазинов собирает большой праздник в честь своего 60-летнего юбилея на средиземноморском острове. Приглашены многие селебритиз, родственники юбиляра и просто значимые личности. 60 лет — солидный возраст, чтобы отрефлексировать своё прошлое, расставить точки и собрать камни, а с кем-то и свести счёты.

Майкл Уинтерботтом — режиссёр очень разносторонний, его творчество принципиально разнородно. В его послужном списке спокойно уживаются мелодрама с неимитируемым минетом и инди-концертами «9 песен», мрачный психологический триллер «Убийца внутри меня», томная антиутопия «Код 46» и другие очень разные фильмы. Но за кажущимся отсутствием жанровой или стилистической близости в творчестве выявляются (не везде, но часто) несколько идей, явно импонирующих британскому кинематографисту. Одна из них — Уинтерботтому капитализм не очень, что режиссёра явно волнуют социальные вопросы (шутка ли, в его фильмографии есть и слово «Гуантанамо», и «Сараево» — словарный запас почти оливеростоуновский), поэтому и самый любящий Уинтерботтома фестиваль именно Берлинский. Правда, «Жадность» презентована была как раз не в Берлине, а в Торонто, но тематика у него вполне «берлинская» — злостный оскал капитализма индустрии моды.

Умом понимаешь, что Уинтерботтом создал фильм про явно несимпатичного Ричарда МакКриди (созвучное с greedy, отметим) — собирательного персонажа, скомканного из разных фэшн-капиталистов (хотя больше всего он похож, конечно, на Филиппа Грина, руководителя «TOPSHOP»). Но его настолько качественно играет Стив Куган (частый гость в фильмах режиссёра), что совсем уж ненавидеть его тяжело. Вторит этому и Джейми Блэкли, играющий МакКриди в молодости. Этот человек помешан на получении выгоды и минимизации издержек, всё остальное вторично.

Сущность МакКриди пытается выяснить биограф Ник (Дэвид Митчелл). История публициста — одна из основных сюжетных линий. Ник также приезжает на Миконос, чтобы пообщаться с друзьями и родственниками МакКриди, сделать портрет человека через его окружение и его эпоху. И окружение здесь очень важно, ведь многие представители мира МакКриди не лучше него.

Чем-то фильм напоминает «Игру на понижение» или «Vice», но там, где у Маккея американская необузданность и чрезмерность художественных средств, у Уинтерботтома всё более по-британски сдержанно. Однако не исключено, что левацкое обличение — это как раз то поле, где избыточность успешна. В «Жадности» где-то сатира работает, где-то недотягивает и выглядит топорно. Всему виной не всегда уместная манипуляция над зрителем: где-то она недостаточная, где-то излишняя, как, например, прямая инвектива капитализма с видео про работниц фабрик на Шри-Ланке и информацией об условиях работы на этих фабриках. Возможно, получилось бы куда острее и злее, если такие титры были бы пущены в начале фильма.

Тем не менее любящим кино сатирическое, показывающее красивую жизнь с не самой приятной стороны, точно может понравиться. И, конечно, поклонникам/цам британского кино, ведь возможность тыкнуть пальцем в героя второго плана и воскликнуть: «О, этот снимался в (название британского малоизвестного сериала)» — удовольствие, на которое вряд ли что-то променяешь.

Пётр Волошин