«Боль и слава»: Рецензия Киноафиши

На дне бассейна сидит человек со шрамом на теле. Это Сальвадор «Сальва» Майо (Антонио Бандерас), когда-то популярный режиссер. Лучшие дни Сальвы позади – сейчас он сплошной комок боли и вынужден принимать множество лекарств, чтобы держаться на плаву. «Если не снимать кино, то что делать?» - главный вопрос, на который режиссер не может ответить для себя. Просто так жить невыносимо, оставаться в профессии невозможно физически – позвоночник уже не тот, а в ушах стоит звон.

Сальва коротает дни в компании помощницы и все чаще вспоминает детство, когда он с матерью Ясинтой (Пенелопа Крус) жил буквально в пещере. Но однажды к нему обращаются с просьбой представить отреставрированную копию его драмы «Вкус», и Сальва погружается в новые воспоминания. Когда-то на съемочной площадке у него был роман с Федерико, исполнителем главной роли («Этот говнюк никогда не играл то, что я его просил»), и мысль об этом триггерит серию новых воспоминаний режиссера – о сексуальном пробуждении, когда он был еще совсем мальчишкой.

Премьера «Боли и славы» прошла на Каннском кинофестивале, где фильм отметили за лучшую мужскую роль. Антонио Бандерас снимается у Альмодовара с начала 1980-х – испанский режиссер по сути запустил его карьеру. Их восьмой совместный фильм «Боль и слава» считается самым автобиографичным в карьере постановщика, однако сам он в интервью Variety говорит: «Это не мой байопик, даже не портрет. Конечно, я нахожусь у истоков сценария, но по мере написания все больше отклоняюсь от своей истории – как и в любом другом фильме».

На деле «Боль и слава» - финальная часть спонтанной трилогии, начатой 32 года назад фильмом «Закон желания», первой картиной Альмодовара, полностью посвященной гомосексуалам. Второй фильм – «Дурной воспитание», вышедший в 2004 году (с премьерой, что примечательно, тоже в Каннах). Все три картины повествуют о режиссерах, а реальность смешивается с вымыслом. «Боль и слава» смешивает рассказ Сальвадора с монологом под названием «Зависимость», написанным режиссером после расставания с Федерико. Белый экран, возле которого исполняется «Зависимость» (как часть мероприятий, посвященных Майо), белый лист, на котором пишется история режиссера: от его наблюдений детства до путешествия с Федерико в Мадрид, возникновении наркозависимости и формировании Сальвадора как режиссера. Случайно на представлении оказывается сам Федерико, и через некоторое время навещает бывшего возлюбленного.

Альмодовар признается, что у него абсолютно нездоровые и в чем-то детские отношения с восприятием смерти. Ему всегда нравилось, как мать подробно объясняет его сестре, как следует ее похоронить – и этот момент находит отражение в фильме. Пожилую мать Сальвы играет Хульета Серрано, давняя муза Альмодовара, снимавшаяся у него в фильмах «Пепе, Люси, Бом и остальные девушки», «Нескромное обаяние порока», «Матадор», «Женщины на грани нервного срыва», «Свяжи меня». Придумывая монолог Ясинты о похоронах («Мои ноги свяжут, чтобы они не распались, а ты развяжи их. Туда, куда я собираюсь, мне хочется уйти быстро»), режиссер плакал.

Не все происходящее в фильме – сцены из жизни Альмодовара. Режиссер признается, что сам обожает зависать в бассейне при полном отсутствии притяжения, но была ли в его жизни история с акварелью, написанной молодым начинающим художником, за телом которого завороженно наблюдает девятилетний Сальва? На самом деле, это уже совсем не важно. Рефлексия режиссера над собственным творчеством и жизнью, отраженная в шедевре Федерико Феллини «Восемь с половиной», перекликается с картиной Альмодовара гораздо больше. «Боль и слава» - кино несколько отстраненное и, если можно так сказать, усталое. В нем сожаление, страдание, тоска, ощущение неотвратимого конца, горечь воспоминаний, но, при этом в финале Альмодовар находит в себе силы расставить точки над i, объяснив зрителю, что самое главное в его жизни.

Пожалуй, главная удача «Боли и славы» - работа Антонио Бандераса, даже внешне напоминающего Альмодовара (спасибо визажистам, сделавшим актеры прическу а-ля Педро). Его Сальва – очень спокойный, сдержанный и как будто смирившийся с происходящим. В 2017 году актер пережил инфаркт, что, по его собственному признанию, помогло лучше понять своего героя. «Я увидел, как смерть проходит поблизости, а такие ощущения меняют человека. Помимо прочего, выздоровление заняло очень много времени, и этот опыт помог в работе над персонажем».

Пожалуй, в рамках Каннского фестиваля фильм Альмодовара смотрится как архаика, место которой в специальной секции или в качестве фильма открытия. Но отдаляясь от фестивальной суеты, «Боль и слава» превращаются в совершенно другое кино, рефлексирующее над жизнью большого художника, уже давно превратившегося из весельчака, снимавшего яркие эмоциональные испанские страсти в грустного пожилого философа.

Мы просто отчаянно не хотели этого замечать.