«Реальные упыри»: Рецензия Киноафиши
Новая Зеландия возвращает себе репутацию одного из мировых центров мокьюментари, которую она заслужила в середине 90-х благодаря «Забытому серебру» Питера Джексона и Косты Боутса – одному из лучших образцов жанра и уж точно лучшему фильму Джексона. Однако если «Забытое серебро» имитировало архивную работу с документами, покушаясь на создание археологии кино, то «Реальные упыри» пожинают плоды на ниве документального репортажа в режиме реального времени, транслируя феерический видеоотчет из вампирской коммуналки. Собственно, в оригинале фильм называется, не в пример откровенно вульгарному российскому заголовку, весьма элегантно: What We Do in the Shadows, то есть «Что мы делаем в тени», или «Что мы делаем в сумерках», или «Что мы делаем в темноте».
«Делание» происходит в Веллингтоне, как выясняется – столице Юго-Восточного Заупырья, где некие неустановленные и не предъявленные публике операторы ведут репортаж о повседневном быте сначала четырех, затем пяти разно- и острохарактерных вампиров, старшему из которых восемь тысяч лет, а младшего укусили прямо на глазах у зрителя. Таика Вайтити и Джемейн Клемент, чрезвычайно известный у себя на родине комедийный дуэт, – режиссеры, сценаристы и исполнители главных ролей в What We Do in the Shadows – хлестко проходятся по всем носфератским штампам, умудряясь при этом не уйти в сатиру, а сохранить незабываемо обаятельную лирическую интонацию. Фильм, заканчивающийся песней Шнурова, начинается с долгого выяснения вопроса, кто будет мыть заляпанную кровью посуду, не мытую уже пять лет, и кто наконец подметет пол. Один из персонажей робко замечает, что он как бы подмел пол – неким мужиком, которого тащил по коридору после кусания в шею. Прения о мытье посуды и сухой уборке перерастают в разбирательство о необходимости подстилания газет под гостей, у коих брызжут артерии, пачкая пол и диваны. Попутно выясняются биографии главных героев (один из них, по имени Владислав, – не кто иной, как Влад Дракула), всплывает неразрешимая проблема: не попасть в ночные клубы (вампир не может никуда войти без приглашения), начинаются словесные перепалки с гуляющими неподалеку оборотнями – простыми, рабочими парнями, тусующимися на районе. Уличные конфликты сменяются препирательствами с прислуживающей вампирам смертной, своего рода соцработником, которая относит в химчистку одежду с кровавыми пятнами и выполняет разные иные нехитрые поручения – в надежде быть вскоре укушенной и обрести бессмертие, а пока нудно жалуется на сексизм и неисполнение обязательств со стороны работодателя.
Постепенно вокруг импровизированного реалити-шоу выстраивается целая драматургия: нехорошая квартира обрастает новыми жильцами, постоянными посетителями, а также незваными гостями – полицейскими, пришедшими по жалобе соседей на периодически раздающиеся вопли, и даже охотником на вампиров, умудряющимся залезть в дом и наделать весьма членовредительского шороху. Дело уверенно движется к праздничной, многофигурной развязке, а в кинематографе меж тем возникает новый поджанр (вампирепортаж), исходный новозеландский образец которого явно будет вскоре не единожды клонирован и в сатирическом, и в мягко-ироническом, и в совсем недошуточном ключе.
Сергей Терновский
