«Потрошители»: Рецензия Киноафиши
Хотя «Потрошителей» и можно, с чисто формальной точки зрения, назвать фантастикой, на деле в них довольно мало фантастического. Жизнь в кредит (дом в кредит, машина в кредит и т. д.), ставшая в США, да и вообще на Западе, основным способом существования и приведшая в итоге к жесткому экономическому похмелью последних полутора лет, развивается как раз в соответствии с романом Эрика Гарсии, который, будучи переработан (пока только роман, не автор) сценаристом «Доктора Хауса» Гарреттом Лернером, лег в основу Repo Men. Печень и поджелудочная в кредит – явно дело ближайшей пары пятилеток, а их изъятие за неуплату – один из вероятных отличительных признаков корпоративного грядущего нашей незадачливой планеты.
Впрочем, «Потрошители» – не столько скорбная констатация, сколько чернейшая сатира, где юмор не оставляет камня на камне от самого святого, а кровь, как и идеи, фонтанирует направо и налево. Фразы типа «Что ж, по крайней мере, ему вырвет сердце человек, который любит его музыку» и (о выдергивании сердечных трубок из грудной клетки) «Сэр, это собственность больницы!» составляют самую плоть – и, о да, разумеется, опять же кровь – этой картины. Даже в наиболее драматических ситуациях авторы вооружаются отменным парадоксальным юмором: «Дело в том, что у меня искусственное сердце, а у нее искусственное – все остальное. Может, мы с ней – два кусочка одного пазла?» Собственно, выверенной драматургией и диалогами «Потрошители» как раз и отличаются от своих молочных братьев: «Геймера», ощутимо пахнущего помойкой, и «Суррогатов», рабски следующих одной из наиболее примитивных голливудских схем. Если уж производить трепанацию данного фильма в поисках его истоков, сложно будет в итоге не заметить избирательное сродство с «Бегущим по лезвию»: то же сгущение не очень хорошо видимой, зато очень хорошо чувствуемой китайской/японской экспансии, постепенно меняющей облик западного мира, и во многом близкородственная «картинка» (здесь режиссер-дебютант Мигель Сапочник, декоратор Trainspotting, вместе с оператором Энрике Чедиаком и художником Дэвидом Сэндефером сумел добиться уверенной и лаконичной красоты изображения). Самый первый кадр «Потрошителей», повторенный затем ближе к финалу, – вид обезлюдевшего полуразрушенного города, выдающийся по своим живописным характеристикам, – вполне мог бы стать одним из визуальных эпиграфов к Филипу Дику. К тому же развязка Repo Men – явный реверанс в сторону корифея шизофрении, паранойи и киберпарадоксов в фантастике. Разумеется, финал мог бы быть еще более радикальным, на что время от времени авторы глухо намекают, как будто бы даже намереваясь подложить зрителю отличную нейронную свинью или, лучше сказать, нейронную бомбу. С другой стороны, конструкторы «Потрошителей» все-таки стараются держать свою черную социальную сатиру в узде реальности, не выходя (как сделал Филип Дик) за ту грань, где общество становится сплошным эквивалентом безумия. Впрочем, мы-то, молотые и растворимые цивилизацией, знаем, что из этой кроличьей норы – «обратно в реальность» – уже нет выхода.
Vlad Dracula
