«Большая игра»: Рецензия Киноафиши
Именитый документалист Кевин Макдональд, автор пронзительного фильма о Мюнхенской олимпиаде 1972 года, продолжил работать примерно в том же ключе, перейдя в стан игрового кино. Блестящий игровой дебют Макдональда – «Последний король Шотландии» – был посвящен «Его превосходительству пожизненному президенту, фельдмаршалу Аль Хаджи Иди Амину, властелину всех зверей на суше и рыб в море, победителю Британской империи в Африке вообще и в Уганде в частности». Однако после истории о харизматичном угандийском людоеде режиссер решил прервать исторические штудии и вплотную заняться настоящим. «Большая игра» – кино на сверхактуальную современную тему, причем актуальную отнюдь не только для США, где разворачивается действие картины. В мире уже давно частные военные/охранные корпорации, срастающиеся с теми или иными госструктурами, потихоньку отщипывают всё более жирные куски военных и полицейских бюджетов. Во внутренних и зарубежных операциях многих государств задействуются сотни наемников, чей единственный мотив – деньги, что, в общем-то, повторяет ситуацию, сложившуюся в Европе во времена позднего Средневековья, Возрождения и Просвещения. Правда, тогда не существовало транснациональных корпораций, поэтому действия солдат удачи не выходили за рамки локальных стычек, переворотов и грабежей. Сегодня, когда ТНК по степени политического и экономического могущества превосходят большинство государств, обретение ими собственной военной мощи чревато коллапсом всей так называемой демократической системы, худо-бедно пытающейся штопать тришкин кафтан международных отношений.
В «Большой игре», снятой по мотивам одноименного британского телесериала 2003 года, главным «фигурантом» выступает некая корпорация PointCorp, оказывающая «военные услуги» американскому правительству. При этом львиную долю доходов Pointcorp, равных примерно 40 миллиардам долларов в год, составляют даже не столько операции в Ираке и Афганистане, сколько добрые дела непосредственно на территории самих Штатов: разгон демонстрантов после «Катрины», обучение чикагской полиции новым методам допросов и т. д. и т. п. Разумеется, любое расследование деятельности подобной организации чревато чередой скандалов, расследований и заказных убийств. Но сценаристы «Большой игры» – Мэтью Майкл Карнахан, дебютировавший в позапрошлом году «Королевством» и «Львами для ягнят» (на, в общем-то, схожую тему), и практически уже ветераны голливудского драматургического цеха Тони Гилрой и Билли Рэй – не ограничиваются одной лишь чистой политологией. Сам стан борцов против коррупции окажется в финале настолько разнороден и сомнителен, что в итоге мы получим совершеннейший этический хаос, как оно единственно и бывает в человеческих отношениях. Диалог двух журналистов: «Мы что, нарушили закон? – Нет, мы просто хорошо сделали свою работу» – точнейшее выражение всей этой неустойчивости людей, стереотипов и принципов. Между иракско-афганскими кошмарами и санкционированным падением беременной женщины под поезд метро нет, в сущности, никакой разницы, пусть даже виной тому две противоположные силы в разных точках земного шара: так работает система, и не важно, на чьей ты стороне – добра или зла. Другое дело, что авторы «Большой игры» не рискуют зайти в своих выводах столь далеко, поэтому слегка циничный, но умный, честный и совестливый длинноволосый журналист Washington Globe в исполнении Расселла Кроу в итоге добивается того, чтобы гражданское общество раздало всем слонам по серьгам. Мы-то, однако, не можем не понимать, что в век диктатуры информационных технологий любой самый честный человек, особенно журналист, – полноценная фигура на адской шахматной доске, с которой можно сойти только будучи съеденным другой фигурой.
Vlad Dracula
