«Нерожденный»: Рецензия Киноафиши

Мичиганец Дэвид Гойер проявил завидную последовательность, сразу же вслед за фильмом «Невидимый» сняв фильм под названием «Нерожденный». К несчастью, вышеупомянутая последовательность на этом факте и заканчивается: после драмы об одиночестве и отчуждении Гойер-режиссер переметнулся в лагерь банальных и довольно глупо выглядящих ужасов. При всем при том создатель «Нерожденного» не загоняет каких-нибудь сексуально озабоченных юнцов в луизианский домишко на отшибе, чтобы они там друг друга расчленили и съели, – нет, Гойер снимает вдохновенно, на широкую ногу. Перед зрителем медленно развертываются завораживающие панорамы: то городские – с домами, магистралями и медитативно плывущими машинами (визуальная цитата из «Сластены» («Кэндимена») Бернарда Роуза), то сельские – с черными свечами деревьев на белом снегу (такие же, как, например, в «Пиджаке» Джона Мэйбери). В постели главные герои разговаривают друг с другом исключительно о смерти и о том, как они упадут в пустоту космоса, когда остановится Земля, а чтобы уж совсем никто не думал, будто Дэвид С. Гойер – несерьезный человек, в этот винегрет вокруг страшного пришельца из другой вселенной добавляются Аушвиц, холокост и каббалистическая мистика. Автор «Нерожденного» увлеченно рассказывает, как знаменитый доктор Йозеф Менгеле (в реальности, кстати, предпочитавший носить не черные, а белые перчатки и удивительно походивший на Дирка Богарда) пытал близнецов и превращал их карие глаза в голубые. В один прекрасный день недобрый доктор допревращался до того, что в тело некоего осчастливленного голубоглазием близнеца вселился пришелец из иного измерения, вооруженный дурными физиологическими спецэффектами для устрашения слабонервной публики: арсенал гостя из далеких миров включает коричневые лужи, мелких и не очень мелких насекомых, оскаленные челюсти, трупную слизь, а также дедушек и собачек с перевернутыми головами.

Этому растянувшемуся на много десятилетий вторжению похитителя тел Дэвид Гойер противопоставил вещь, пока что диковинную для кинематографа, – еврейский экзорцизм, который, правда, выглядит у Гойера еще диковиннее, чем можно было бы представить. По крайней мере, в данном прогрессивном мероприятии участвуют – помимо раввина-психотерапевта – чернокожий священник епископальной церкви (по совместительству баскетбольный тренер), парамедик с расширителем для рта и каталкой и оператор с видеокамерой, а само действо происходит в заброшенной психбольнице. Надо заметить, раввин в исполнении Гэри Олдмана также более чем прогрессивен: возможно, полное отсутствие растительности на его лице и оправдано новыми религиозными веяниями, однако привычка произносить всуе имя Господа, то есть беспричинно нарушать одну из главных заповедей Торы, смотрится довольно дико. Не говоря о том, что экзорцизм в отставной психушке – с воплями, беготней, громыханием каталками и экспрессивным чтением каббалистической Книги зеркал – совершается в субботу, когда подобные оздоровительные процедуры проводить совсем уж немыслимо и неуместно. Разве только за дело возьмутся голубоглазые евреи от доктора Менгеле – с перевернутыми головами, мощными щупальцами и неотразимым трупным гримом…

Vlad Dracula