«Такси 4»: Рецензия Киноафиши
Когда-то, в рецензии на фильм «Мишель Вальян», нам уже приходилось писать о руководящей и направляющей роли Люка Бессона во французском кинематографе. С тех пор ничего не изменилось. Автор «Голубой бездны», «Леона» и «Никиты» по-прежнему пишет сценарии, продюсирует, направляет и руководит. Идут триллеры – привет Бессону. Идут комедии – привет Бессону. Идут боевики – привет Бессону. Идут, в конце концов, мультики – и снова привет Бессону. Интересно, успевает ли этот человек-оркестр хотя бы немного поспать, невзирая на свою более чем говорящую фамилию…
Четвертая часть «Такси», придуманная и спродюсированная Люком Бессоном, ничем, в сущности, не отличается от первых трех, разве что автомобильных трюков стало поменьше. То же язвительное, но при этом социально безобидное подтрунивание над французской полицией. Тот же мудрый не по годам и лихой не по харизме таксист. Та же наивно-романтическая чувствительность, прячущаяся за каскадерскими фокусами и рвущаяся нараспашку в наиболее лирические моменты. Поскольку все жанровые добродетели Кравчика и Бессона укладываются в данном случае в несколько странноватое понятие «лирическая эксцентрика», последние вовсю черпают из неиссякаемых источников доброго галльского шутовства: играющий комиссара Жибера Бернар Фарси – единственное украшение фильма, фонтанирующее завидной комической энергией, – работает в стилистике Луи де Фюнеса, а сцена с ветеринаром, принявшим героя Фарси за слона, с кое-какими изменениями позаимствована из «Беглецов» Франсиса Вебера, где другой ветеринар принимает персонажа Пьера Ришара за пса. Приятная в целом война обкуренного марсельского комиссариата с жонглирующей ручными гранатами преступностью оставляет тем не менее двойственное впечатление: с одной стороны, динамичный огнестрельно-кокаиновый апокалипсис примиряет с действительностью и наглядно доказывает, что в мире есть место подвигу и празднику; с другой стороны, поверхностность и добродушие авторов, умудряющихся совершенно не коснуться ни одной из реальных проблем, мучающих общество, превращают комедию в отвлеченный водевиль, снабженный для современности антуража адреналиновым пропеллером. Между тем в начале XXI века остросоциальные извращения на тему криминальной хроники в духе «Голого пистолета» гораздо потребнее и оправданнее, нежели обычный парад недоразумений с интонацией, позаимствованной из детских сказок.
Vlad Dracula
