Москва, RU
Ваши билеты в личном кабинете

«Графомафия»: Рецензия Киноафиши

«Графомафия»: Рецензия Киноафиши
Я за роман калым отдам

Надежда Северцова – успешный собаку съевший на редакторском бизнесе издатель и непробиваемая железная леди. Слабость у нее только одна – великовозрастный сынок Шура, которому она прочит умопомрачительную писательскую славу. Для этого ему нужно сделать только одно – написать роман. Но Шуре по барабану и слава, и писательство – он хочет дегустировать алкоголь, кататься с ветерком на машине и каждый день развлекаться с новыми девушками. Когда все приличные и неприличные дедлайны проходят, Северцова решает присвоить сыну чужую рукопись, которую накануне всучил ей один чудик. Сам чудик (Гоша Куценко) восемь лет просидел в лесу и сочинял, а потому уверен, что создал шедевр. Просто так он свое кровное дитё не отдаст. Именно поэтому его надо по-быстрому убедить, припугнуть, а то и прихлопнуть, – решает гениальный редактор. Для этого она нанимает веселенькую банду мечтающих о славе графоманов – автора ужастиков Вилли Волка, сочинителя эротического чтива Лолиту Набокову и неудачливого комика. Все они строчат книги со страшной скоростью и удавятся за возможность опубликовать очередной опус. Банда выходит на дело.

Кадр из фильма “Графомафия”
Кадр из фильма “Графомафия”

Этот сюжет кажется абсолютно закономерно кажется бредовым. Но через пять с небольшим минут даже не очень внимательный зритель поймет, что перед ним гротескная комедия, или, говоря литературно, фельетон. Потому и персонажи выведены с безбожной гротескностью. Так, Надежда (Маргарита Шубина) разговаривает стихами и с молниеносной быстротой принимает судьбоносные решения – например, сжить героя Гоши Куценко со свету. Кстати, написал этот герой по фамилии Сизухин производственный роман с много говорящим названием “Исповедь оператора крутильного цеха”. При этом писал так долго и усердно, что за долгие годы ни разу не стриг волосы. В свете всего этого “заказ” Сизухина шайке графоманов выглядит делом совсем уж плевым.

Авторы фельетона сыграли на одной из тенденций нашей родной русской действительности – желание всех и вся писать и быть услышанными, прочитанными и лайкнутыми. Причем где угодно – в инстаграме, фейсбуке или даже всамделишной книге. В общем, ход понятен. Правда, тему (для блага же фильма) можно было и сузить – все-таки речь идет о профессиональном сообществе издателей, а инстаграмные писаки – дело другое.

Кадр из фильма “Графомафия”
Кадр из фильма “Графомафия”

Но упрекать создателей в такого рода излишествах будет не вполне справедливо, ведь тенденция наличествует, да и жанр позволяет творить разные хулиганские штуки. Поэтому и грубовато сработанные образы Северцовой и Шуры (Аристарх Венес) особого отторжения не вызывают. Но надо сказать, что есть и весьма удачные работы – Даниила Спиваковского в роли маньячины-писателя и подзабытого со времен “Шести кадров” Эдуарда Радзюкевича (стендапщик). То же самое касается и исполнителя роли главного страдальца Гоши Куценко – все-таки в кино он больше комический артист (как показала, в том числе, его прошлогодняя работа “Врач”). А вот сам роман, который, очевидно, тоже задумывался как полноценное действующее лицо, после пары-тройки забавных моментов, потенциал не оправдывает, хотя цитируется направо и налево.

Относительно полезным для комедии стала серия музыкальных номеров-врезок, исполняемых бригадой дорожных рабочих. Сделано это, видимо, для того, чтобы лучше прочувствовать тему. Пели про разное – в основном, про чисто русское ожидание счастья, чуда или халявы с неба. В канву истории номера вписываются хорошо, но, правда, иногда сильно затягивают сюжет..

Кадр из фильма “Графомафия”
Кадр из фильма “Графомафия”

Между тем, действие, которое бодро двигает вперед наша графоманская банда, к концу становится не то чтобы неубедительным, но теряет логические очки – Шура со сцены неожиданно делает признание в любви и обличает собственную графоманскую сущность, а Надежда сводит на нет свои усилия и машет на все это рукой. Подсюжет Сизухина заканчивается поинтереснее и хотя бы оставляет легкое умиление. Но в целом, линии развязаны как-то уж очень второпях. В этом авторам пригодился персонаж Владимира Епифанцева, который “транзитом” проходит через историю и, волшебным образом оказавшись инвестором издательства, спасает всех и вся. Правда, эта роль артиста мало чем отличается от того, что Епифанцеву обычно предлагают в сериалах.

Поэтому главное богатство “Графомании” – все-таки отчаянные графоманы в обрамлении извечной темой жажды славы. Все остальное – в том числе лишняя здесь компьютерная графика – на цельное впечатление не работают. Да и повальный писательский тренд – явление уже обыденное, и для сатиры явно бледноват.


Александра Подольникова

В прокате с 17 августа 2017 года

Расписание и покупка билетов на фильм «Графомафия»