«Воображаемые друзья»: Рецензия Киноафиши
Трогательная ода детству от Джона Красински.
Феномен детства, полагающий ребенка не просто «маленьким взрослым», как это было, например, в викторианской Англии, но человеком, находящимся в чрезвычайно нежной фазе развития, требующей щепетильности в воспитании, широко распространился относительно недавно — в середине XX века. И почти сразу же детство стало объектом поп-культуры. К мультфильмам и комиксам, работавшим на детскую аудиторию еще с 30-х, в 70-е — после выхода «Звездных войн» — добавилось еще и кино. Лейтмотивом многих голливудских (и не только) картин семейного жанра с тех пор стало припоминание о детстве — благостном и чудесном времени, когда фантазия безудержна и не знает препятствий, но которое при этом мимолетно. Человек неизбежно утрачивает способность свободно предаваться грезам, становясь взрослым. Он забывает нечто важное.
Об этом в очередной раз, несмотря на инфантилизацию взрослых, рассказывает новая фэнтези-комедия Джона Красински, известного как создатель дилогии «Тихое место» и как пранк-мастер Джим Халперт из американского «Офиса». Красински работал над сценарием во время локдауна, наблюдая за своими детьми. Режиссер заметил, что со временем они все меньше дают фантазии волю и все больше ее ограничивают, полагаясь на логику. Иными словами, готовятся к превращению во взрослых. Этот вполне закономерный процесс вызывал у Красински жгучее желание напомнить своим, а заодно и чужим детям о том, что не стоит спешить взрослеть. Несколько глуповатая искренность, явно доминирующая в фильме над искусностью, вообще кажется главным его достоинством.
Вскоре у Красински родилась идея о воображаемых друзьях — постоянных спутниках детства, само воспоминание о которых стирается из памяти по мере роста рассудочности. Иными словами, идеально воплощают его замысел, служа расхожим и обаятельным символом наивности детства.
Сюжет, как это часто бывает в фэнтези и сказках, рассказывает о почти сироте. Юная Элизабет, или Би (Келли Флеминг), переезжает к бабушке (Фиона Шоу) в Бруклин, в квартиру в старинном, из красного кирпича доме, с широкой лестницей и необычной застекленной лампой в форме прямоугольника на верхнем этаже, которая так и притягивает к себе взгляд и как будто предлагает подняться. Пролог, смонтированный из островков видеофрагментов, показывает, как мама девочки умерла от рака за несколько лет до начала событий. Тогд-то Би и решила стать взрослой и избавиться от детской несерьезности. Однако теперь и папа Элизабет (сам Джон Красински), человек веселый и ребячливый, серьезно болен — его ждет операция на сердце. Так девочка и оказывается у бабушки.
Однажды она слышит, а потом и видит Блоссом (Фиби Уоллер-Бридж) — странное элегантное существо, похожее одновременно на мультяшку, балерину и бабочку, говорящую с поставленным posh-акцентом, — и ее приятеля Кэла (Райан Рейнольдс), ворчливого мужчину в подтяжках и разноцветных носках, который, как и Би, способен видеть воображаемых друзей. А их, подобных Блоссом, оказывается множество. Узнав, что воображаемые друзья проводят дни в печали и тоске по детям, которые давно выросли и забыли о них, Би с помощью Кэла решается им помочь и вновь обретает связь с детством.
Этот сюжет, тематически и событийно напоминающий сразу несколько фильмов — от «Голоса монстра» и «Кристофера Робина» до классики американского фэнтези «Харви», на которую Красински прямо ссылается в одной из сцен, — в первой своей трети разворачивается с почтенной ленцой. Некоторым диалогам не помешало бы избавиться от пары-другой реплик, а другим, напротив, не помешало бы добавить несколько слов для ясности. С точки зрения сценарной техники «Воображаемые друзья» вообще полны неточностей.
Но эти огрехи компенсирует хорошая игра актеров. Рейнольдс в меру забавен и физиологичен в своей комедии, юная Келли Флеминг замечательно обаятельна, Фиона Шоу, как всегда, хороша даже в небольшой роли, а многочисленные звезды, озвучившие полтора десятка воображаемых друзей (они обитают в некоем подобии дома престарелых для вышедших в тираж актеров, похожем одновременно на отели «Оверлук» и «Гранд Будапешт»), превращают просмотр в игру в духе «Кто есть кто?» и аудиально дополняют визуальные образы своих чудаковатых героев — огромного плюшевого фиолетового монстра Блю, большую мармеладную медведицу, розовую аллигаторшу Али, кусочек льда в стакане и других.
Среди них Стив Карелл (сообщник Красински по «Офису»), Блейк Лайвли, Эмили Блант, Брэдли Купер, Мэтт Дэймон, Сэм Рокуэлл, Джордж Клуни, весь цвет SNL и вечерних развлекательных телешоу — Билл Хэйдер, Эми Шумер, Джон Стюарт, Киган-Майкл Ки, Аквафина, Себастьян Манискалко и Майя Рудольф. Брэд Питт вновь, как и в другом продюсерском проекте Рейнольдса «Дэдпуле-2», играет невидимку.
Устройство мира фильма не до конца объяснено, и в некоторых сценах ему явно не хватает объема. Так что как фэнтези «Воображаемые друзья» смотрится бледнее эталонных работ студии Pixar (хотя яркая сцена в «доме престарелых» на Кони-Айленде смотрится замечательно и запоминается). Но сила фильма и, думается, Красински как режиссера в другом. В чистосердечно поданных интимных и в духе классических американских комедий сентиментальных переживаниях героев. В незамысловатой драме, проблески которой пробуждают больше чувств, чем расчетливо прописанные гэги. Несколько сцен в финале — Би с отцом и Кэлом — напоминают о том, почему нам так хочется иногда сбежать в детство, где нет боли расставаний и смерти, но где тебя всегда ждет верный друг. Пусть и воображаемый.
У Красински получилось действительно необычное маленькое фэнтези — акцент в нем сделан на драмедийную атмосферу, которую ему помогли создать оператор Януш Камински («Список Шиндлера») и композитор Майкл Джаккино («Вверх»), а не на масштаб. И послание «Воображаемых друзей», как кажется, обращено не столько к детям, сколько к взрослым. Работая над фильмом, Красински вдруг вспомнил Сэма Брейса (в детстве режиссер считал, что брэкета — это круто) — своего воображаемого друга детства, без которого этого не идеального, но обаятельного фильма не случилось бы.
