«Дитя робота»: Рецензия Киноафиши

«Человечество погибло от смертельного вируса, ты ― единственный представитель своей расы». Об этом сообщает маленькой девочке робот с женским голосом и повадками боевой машины. Девочка называет робота «Матерью», робот девочку ― «Дочкой». Мать и Дочь ― первые и последние обитатели секретного подземного бункера. Его Альфа и Омега. Дочь появилась на свет в стенах этого бетонного инкубатора, она никогда не видела дневного света. Дочь любит свою Мать, всеми силами старается заслужить её любовь. Мать ― добродетельна, щедра и терпелива. Иногда Мать проводит для Дочери психологические тесты типа легендарного «Войта-Кампфа», но почти всякий раз прерывает его, невольно вздрагивая: кажется, я тестирую саму себя.

Однажды в дверь бункера стучат. На пороге появляется незнакомая женщина. Она говорит, что никакого вируса не было и нет, машины сами истребили своих хозяев. Там, снаружи, остались другие люди, все эти годы они прячутся в пещерах. Ты, Дочь, должна пойти со мной, назад к людям, иначе этот «бульдозер» догадается, что мы больше не верим в её обман, и уничтожит нас.

Два года назад сценарий «Дитя робота» был в списке самых востребованных и перспективных сценариев, которые никак не могут получить экранизацию. Потом его наконец подобрала австралийская компания Penguin Empire. Со времен «Последнего берега» и «Безумного Макса» австралийцы ― короли депрессивного пост-апокалипсиса. Не подвели они и на этот раз. Фантастический триллер дебютанта-клипмейкера Спьютора прогремел минувшей зимой на фестивале «Сандэнс», после чего мгновенно приобрёл громких дистрибьюторов по всей планете. На первый взгляд, перед нами фильм со скромным бюджетом и простой концепцией, но при этом выполненный в техническом плане на все пять баллов. Плюс беспроигрышная герметичная фабула и всего три персонажа, один из которых слеплен до последней лампочки мастерами компьютерной графики из студии WETA, создателями «Аватара» и «Властелина колец». В чем же тогда причина повисшего в воздухе сомнения? Быть может, в тесте «Войта-Кампфа»?

Нет. Если техническое воплощение картины не вызывает нареканий, то в отношении истории все же возникают некоторые вопросы. Три персонажа ― это всегда серьезная заявка. Если персонажей зовут «Мать» и «Дочь», заявка мгновенно приобретает статус библейской притчи. Например, истории изгнания из Эдема… сорри, это почти спойлер. Ну или не обязательно библейской. У древних греков была целая обойма трагических мифов про матерей и дочерей. Ниоба, Мнемосина, но самый известный ― про Деметру и Персефону. Историю про мать, которая пыталась спасти собственное чадо из подземного бункера бога Аида. Именно в эти адские ворота и стучится режиссёр Спьютор, бросая в общий котёл цитаты из Кубрика и Ридли Скотта, Формана и Алекса Гарланда, Фрейда и Юнга. Кто в его истории Деметра, кто ― Персефона, а кто ― Аид? Ответ на этот вопрос не будет очевиден до самой последней сцены, ведь за каждым древним мифом скрывается целая стая простых человеческих фобий. Страх быть преданным. Страх оказаться ненужным. Страх, что тебя заменят. Наконец, страх перед взрослой жизнью: вот ты вылупился из яйца и что теперь тебя ждёт ― анабасис или катабасис? Со всем этим ворохом проблем, вопросов и аллюзий Грант Спьютор справляется далеко не безупречно. Его почерк начинает ломаться уже минут через двадцать после начала картины, а ближе к финалу приобретает очертания туманного, пусть и вполне жанрового многоточия.

Феликс Зилич