«Вчерашний расцвет»: Рецензия Киноафиши
Тотила Блюмен (Ларс Айдингер) - историк. Он два года посвятил организации конгресса по Освенциму и очень болезненно реагирует на то, что в итоге его деятельность расценивается как «подготовительная работа», а руководящий пост переходит коллеге. Дома его тоже ждут неприятности: брак рушится, компромиссы не приносят даже видимости улучшения и только ухудшают обстановку. Тотила и так пьет антидепрессанты, а тут еще на него скинули практикантку. Зази (Адель Энель) обожает книги Блюмена и ненавидит все немецкое: овчарок, автомобили и пиво, например. Отношения с эмоциональной девушкой у Тотилы с первых же минут знакомства не заладились.
Зази непредсказуема, ее поведение подчас обескураживает, и непонятно, что же еще она может сделать. Исследователь от новой знакомой тоже не отстает: провоцирует драки и выдает одну абсурдную и неловкую фразу за другой. Они оба будто бы не владеют собой и мучаются из-за того, что не всегда могут контролировать свои поступки, хотя, по всей видимости, интуитивно улавливают, что именно им мешает жить спокойно. Но смутное осознание своих проблем и понимание того, где же таится их возможный источник, не приносили им желаемого облегчения. Отягощенные скорбным знанием, Тотила и Зази шли по кругу, по крайней мере, до знакомства друг с другом.
Несмотря на зачин, столь похожий по структуре на множество ромкомов, фильм Криса Крауса не тонет в ванильной сладости и поцелуях двух разных людей, по велению планет нашедших друг друга в нужном месте и в нужное время. «Вчерашний расцвет» поражает смелостью, дерзостью и юмором, бескомпромиссным, острым, пристально всматривающимся в эффекты неизгладимых травм. Травм, в случае с героями Адель Энель и Ларса Айдингера ежечасно напоминающих о себе и взламывающих все человеческое существо. Зази и Тотила сами прокричат с экрана, что травмированы, и в рассеивающемся со временем обрамлении забывших о неловкости шуток видны все четче боль и отчаянье двух малознакомых людей.
Бабушка Зази погибла в газовой камере, и ее трагическая судьба влияет на отношение внучки к миру и другим людям. Настоящее девушки тонет в ужасающем прошлом, и Зази охватывает паника, когда она сталкивается с чем-то или кем-то, напоминающим ей о предсмертных муках родного человека. Она, конечно, сама подшутит над собой и выдаст не одно зубодробительное признание, но все же ее откровенность не успокаивает боль за боль другого человека и не умаляет стеснения за свои чувства. Крис Краус не сразу вскрывает все подробности прошлого героев Адель Энель и Ларса Айдингера, в особенности придерживает он до конца секреты Тотилы, но каждый новый штрих в портрете историка показывает, что мужчина не может жить настоящим, потому что чужое прошлое легло на его плечи тяжким грузом.
На контрасте с линией Тотилы и Зази в «Вчерашний расцвет» проникает история женщины, пережившей геноцид евреев в годы Второй Мировой Войны. Сигрид Марквардт играет актрису, участие которой в конгрессе по Освенциму, как считает руководство исследовательского центра, привлечет внимание общественности и инвесторов. Молодые люди, только слышавшие или читавшие о Холокосте и ставшие заложниками прошлого и рассказов о прошлом, с удивлением сталкиваются с нежеланием рассказывать о времени, проведенном в концлагере. Крис Краус, смело вложивший в уста персонажей своего фильма высказывания о том, как Холокост используется для привлечения инвестиций и внимания нужных людей, очень аккуратно избегает соблазна выдать пару громких фраз и в очередной раз воссоздать на экране страдания, издевательства и убийства.
Размышления о судьбе потомков жертв и их мучителей, разбавленное жестким юмором, фиксация на камеру невыносимости памяти, навязчивое присутствие прошлого в жизни Тотилы и Зази, к которому они оказались причастны по родству, во «Вчерашнем расцвете» позволяет избежать нарочитой плакатности и показной слезливости в фильме о Холокосте. Внедрение резких шуток в ткань кино о трагедии, конечно, может вызвать отторжение, но надо заметить, что Крис Краус во многом использует юмор и для того, чтобы озвучить не самые лицеприятные вещи, связанные с эксплуатацией памяти о геноциде и нацизме в годы Второй Мировой Войны. И отказ выносить на экран ужас концлагерей может расцениваться как принципиальная этическая позиция, не позволяющая себе живописать муки, заискивая перед аудиторией.
Елена Громова
Расписание и покупка билетов на фильм «Вчерашний расцвет»
