Великий профессор Преображенский в «Собачьем сердце» — это Евгений Евстигнеев. Но мало кто знает, что сам артист наотрез отказывался влезать в эту шкуру и играть гения из романа.
Почему Евстигнеев отказывался от роли
Он только что пережил инфаркт, собирался уходить со сцены, а тут ему под нос сунули Булгакова. «Иди на пенсию!» — отрезал Ефремов, когда Евстигнеев пожаловался на здоровье и попросил отгул из театра. Для артиста это звучало как плевок в лицо.
К тому же у него была юная жена Ирина Цывина, младше на 37 лет. Он боготворил её и не собирался бросать ради съёмок в Ленинграде. Но Владимир Бортко оказался не из тех, кого можно отшить.
Как Евстигнеева удалось убедить
Мэтр уже видел только одного Преображенского — Евстигнеева. В ход пошло тяжёлое оружие: домашний стол, рюмки, просьба к молодой жене уговорить артиста и разговор по душам.
«Вкусно посидели — и уговорили», — вспоминал потом актёр. Сделали лишь одно условие: работать только по выходным, чтобы Евстигнеев мог ездить к жене.
Съемки подшофе
Съёмки превратились в качели. Евстигнеев, конечно, гений, но даже после перенесенного инфаркта любил «пропустить» в перерывах. Однажды его нашли в гримёрке в хлам пьяным. Бортко пришлось устроить жёсткий разгон с глазу на глаз. Чудо — помогло. Вторую половину фильма актёр пахал без срывов.
А теперь о масштабе: в 1988-м «Собачье сердце» критики встретили с вилами и факелами. Газеты требовали «отрезать Бортко руки и ноги», кричали, что это антисоветская лента и все в таком духе.
Но публика плевала на газетчиков. Фильм стал народным хитом, его смотрели, цитировали, любили. А эталонный профессор Евстигнеева мог соперничать разве что с Шариковым Толоконникова.
Бортко колебался до последнего: этот советский фильм мог никогда не выйти — спустя время стал его визитной карточкой.
