Каждый раз, когда я остаюсь один на Новый год, рука сама тянется к «Трудностям перевода». Праздник вокруг шумит, требует обязательной радости, а я выбираю фильм, где никто ни от кого ничего не требует.
В нем нет снежинок, елок и бойких поздравлений – только два человека, поставивших свои жизни на паузу. И почему-то именно это делает вечер легче, будто фильм честно признает: не у всех ночь с 31-го на 1-е похожа на рекламу газировки.
Токио у Софии Копполы похож на огромный аквариум, где мелькают огни, звучит чужая речь и каждый сам по себе. Для меня, когда январское одиночество особенно отчетливо, этот городской гул работает как мягкий фон – будто мир принимает твое состояние и не пытается перекричать.
Компания для тех, кто не любит говорить вслух, что ему грустно
Билл Мюррей в роли Боба Харриса – идеальный собеседник для одинокого праздничного вечера. У него лицо человека, который устал объяснять, что с ним происходит, но продолжает держаться на автопилоте.
Его телефонные разговоры с женой напоминают остывший чай – вроде бы утоляет жажду, но тепла-то нет.
Шарлотта в исполнении Скарлетт Йоханссон появляется в кадре как воплощение тихой растерянности. Она ходит по коридорам гостиницы так, будто боится скрипнуть дверью – почти прозрачная, совсем молодая и уже не понимающая, что делает рядом с мужем-фотографом, который все время где-то, только не с ней.
И да, когда я смотрю на нее в новогоднюю ночь, мне вдруг перестает казаться, что я один такой. Она дает право быть потерянным, не оправдываться и не изображать уверенность ради приличия.
Фильм, в котором почти ничего не происходит – и это спасает
Между Бобом и Шарлоттой нет бурной страсти, нет обязательных «магии» да «химии», зато есть что-то гораздо ценнее – ощущение, что кто-то тебя понимает без слов.
Их ночные разговоры в гостиничном номере, редкие улыбки, прогулки по странному городу, где все не про них, но для них – в этом мягкое тепло, которое и делает фильм моим идеальным лекарством от хандры.
Когда Мюррей поет «More Than This» в караоке, я каждый раз ловлю ту же ноту: легкое смущение, немного грусти и странную радость, что момент все равно прекрасен, хоть он и, очевидно, временный.
В такие секунды понимаешь, что не обязательно быть счастливым «как положено». Иногда достаточно просто быть – без отчетов, без целей, без того новогоднего давления «начни жизнь с чистого листа».
Новый год без громких обещаний
«Трудности перевода» для меня – не про Токио, не про непонимание между культурами, даже не про романтическую недосказанность. Это кино о людях, которые продолжают жить, хотя внутри у них сквозняк.
Оно учит не избавляться от одиночества всеми силами, а прислушаться к нему и чуть-чуть развернуться навстречу миру, пока он не стал совсем чужим.
И вот поэтому, когда часы пробивают полночь, а за окном кто-то запускает салюты, я включаю этот фильм.
Пускай в нем нет снега – зато есть то самое тепло, которое держит, не дает «расклеиться» и напоминает: даже в чужом городе и в свой собственный непростой вечер можно встретить кого-то, кто вдруг поймет тебя с полувзгляда. Даже если это всего лишь в кино.
Ранее мы писали: И треснул мир напополам: американцы испытывали испанский стыд из-за 1 сцены «Ночного дозора» - им показали измененную версию
