Сериал «Великолепный век» покорил миллионы зрителей по всему миру, но вместе с популярностью породил немало исторических мифов, загадок и споров. Один из самых распространённых — будто титул «Хасеки» был введён султаном Сулейманом исключительно для Хюррем, чтобы выделить её среди других жён.
Однако некоторые историки предлагают более сложную картину, и версия о «революционном» введении титула — лишь одна из возможных интерпретаций.
Откуда на самом деле мог взяться титул «Хасеки»?
Согласно распространённому мнению, Сулейман I «изобрёл» этот титул в 1521 году специально для Роксоланы, сделав её единственной и неповторимой. Эту точку зрения популяризировала историк Лесли Пирс в своей книге «Императорский гарем».
Однако некоторые исследователи отмечают, что «Хасеки» существовал задолго до Хюррем — просто изначально его носили… мужчины.
В эпоху Мехмеда Завоевателя «хасеки-ага» называли элитных янычар — личную охрану султана, сопровождавшую его в мечеть и на войну. Само слово, вероятно, произошло от «hâssa» (особый, личный) и означало «приближённый к монарху».
Позже, при Баязиде II, этот титул, по некоторым данным, начали давать фавориткам и жёнам падишаха. Путешественник Джованни Мария Анджолелло упоминал, что из гарема выбирали 12 женщин, которые становились «Хасеки-султан».
Почему в сериале история подана иначе?
Хотя Сулейман действительно возвысил Хюррем, утверждение, будто он «придумал» титул, — возможно, лишь художественное преувеличение. Судя по косвенным свидетельствам, «Хасеки» могла стать любая наложница, родившая султану сына.
Например, Махидевран, согласно ряду источников, тоже носила этот титул (так что сериал здесь, вероятно, не наврал). А вот Назенин (мать шехзаде Мустафы) — должна была, но в сериале этот момент опустили.
Вывод
Разумеется, «Великолепный век» — это в первую очередь драма, а не документальная хроника. И если создатели сериала выбрали более зрелищную версию событий, это вполне объяснимо.
Главное — помнить, что история Османской империи полна загадок, и даже среди учёных нет абсолютного консенсуса по многим вопросам. Так что, возможно, истина где-то посередине — между сухими фактами и красивой легендой, которую нам подарил сериал.
Ранее мы писали: Судьба еще хуже чем у Джихангира: почему в «Великолепном веке» скрыли шестого ребенка Хюррем — все ради зрителя
