Москва, RU
Ваши билеты в личном кабинете

«Паваротти»: Рецензия Киноафиши

«Паваротти»: Рецензия Киноафиши

Эмоциональный армрестлер Паваротти.

Это совершенно нормально — превозносить и идеализировать своих кумиров. Особенно, если эти кумиры по-настоящему талантливы, велики, да ещё и ушли из жизни. Так что претензии к Рону Ховарду, который снял документальный байопик о Лучано Паваротти, это претензии тех, кто, скорее, нетерпим к любому идолопоклонничеству. Современное телевидение с программами в духе «Ты не поверишь» воспитало у зрителей привычку жаждать публичного разоблачения звёзд и делать ставку на разрушение ореолов. Даже если артист действительно им нравился. А уж если нет, горите все! Да, кино у Ховарда вышло совершенно беззубым, надо это признать. Но так ли оно плохо, вот это предстоит понять.
Последовательное биографическое повествование Ховард делит на главы, но без ненужных титров и как будто бы не сам. Кажется, что просто кто-то из героев фильма сказал удачную фразу, а режиссёр за неё уцепился. История детства, образования, начала карьеры, отношения с женой, его техника исполнения, любовь к еде, педагогическая карьера… Кажется, Ховарду действительно удалось охватить все сферы жизни Паваротти, которые могли быть хоть сколько-то интересны. Но при этом очевидно, что фильм рассчитан на аудиторию, которая пришла лишь знакомиться с необъятной во всех смыслах фигурой: итальянским тенором, который вернул опере былую популярность и распространил её по миру, где эта культура не была так развита. Здесь все: от семьи до ситуативных учеников говорят о его величии. А все недостатки быстро смываются елеем, который изливается из уст говорящих и самого поющего.
Ведь поёт-то хорошо. И говорит, кстати, тоже. Больше всего в этом фильме к себе располагают не филигранно исполненные вокальные партии Паваротти, а его чувство юмора. Как его описывают, школьное. Это неиссякаемый задор и неуёмное желание устроить какую-нибудь шалость. Именно его шутки разрушают стереотип о том, что все оперные исполнители — люди до крайности серьёзные, академичные и говорит высоким штилем. Типичного оперного фрика в Паваротти выдаёт лишь его манера одеваться: эдакая смесь сценического костюма с итальянским эпатажем. Но очевидно, он умеет это носить, как и свой лишний вес. Этот человек на экране, в тех кадрах, которые Ховард и его команда выбрали для демонстрации, привлекает и обаяет. И очевидно, что эта визуальная подборка сделана осознано и с конкретной целью.
Паваротти
В конце концов, в фильме в комплиментарной манере о Паваротти говорит вся его первая семья, с которой он довольно скандально расстался. Получить эти интервью и одобрение на использование материалов, большинство из которых принадлежит Фонду Паваротти, означало пообещать, что кино-Паваротти будет ровно таким, каким его хотят представить наследники. И раз никаких скандальных новостей выход этого фильма в прокат не сопровождало, шалость Рона Ховарда удалась.
Но важно отметить, что в картине, которую продвигают в том числе и через имя режиссёра, самой режиссёрской манеры особо не заметно. Энергичный Ховард, любитель скоростных панорам, сам полностью оказался под влиянием персоны, о которой рассказывает. Это кино полно витальности, но совершенно старомодной и простоватой. как любимый персонаж певца — Неморино из «Любовного напитка». Именно исполнение Паваротти этой партии считается эталонным. Подтверждающая видеозапись в фильме, разумеется, прилагается. Ховард вообще торопится ответить зрителям на все вопросы, которые так или иначе могут возникнуть у зрителя. Но именно поэтому фильм больше напоминает дайджест одной великой жизни, чем протяжную историю.
Однако дайджест хорош тем, что практически любой зритель, любого возраста (а документальные фильмы в России смотрят не только 20-летние) отыщет именно тот фрагмент, который лично у него ассоциируется с Паваротти. Хрестоматийное познание превращается в эмоциональное переживание, стоит, например, певцу выйти на сцену терм Каракаллы в Риме 7 июля 1990 года в компании Пласидо Доминго и Хосе Каррераса. Фрагменты этого концерта были в выпусках новостей, а в 1994 выступление «Трёх теноров» показывали на канале «Культура». И, кажется, вся российская интеллигенция в тот вечер сидела у телевизора. Такими же знакомыми кажутся и скандальные фотографии Паваротти с молодой возлюбленной: их не публиковали разве что в местной городской прессе. В такие моменты «Паваротти» становится «своим» фильмом. Ведь возникает необходимое для эмпатии чувство: «Эй, я знаю этого парня!»
Так имеет ли право такое откровенно хвалебное кино на существование? Ответ однозначный: да. Время разоблачений ещё не пришло. Ведь надо попросту напомнить миру, который с 2007 года сменил уже не одного кумира, что был такой певец Лучано Паваротти. И если вы не знали, насколько он был велик, Рон Ховард сейчас вам напомнит.
Вероника Скурихина