Москва, RU
Ваши билеты в личном кабинете

«Казино Рояль»: Рецензия Киноафиши

«Казино Рояль»: Рецензия Киноафиши

В 1967 году роман Иэна Флеминга «Казино “Рояль”» был впервые экранизирован. Правда, продюсер Чарльз Фельдман и группа режиссеров во главе с Джоном Хьюстоном превратили свое кино в форменное издевательство над практически всеми нелепыми штампами шпионских фильмов; чего уж там, если одного из Бондов-младших (!) сыграл, смешно сказать, юный Вуди Аллен… Однако бондиана, каковою кинопроцесс был инфицирован еще с начала 60-х, продолжала сниматься своим чередом: несмотря на то что откровенно бездарные и графоманские опусы Флеминга в фильмах о Бонде, так сказать, весьма творчески перерабатывались, последние представляли собой исключительно набор тех самых штампов, которые высмеяли Фельдман, Хьюстон и компания. Единственным частичным (если можно так выразиться, «очень частичным») исключением была картина «На секретной службе Ее Величества», однако Джордж Лэзенби, сыгравший агента 007, оказался худшим Бондом за всю историю этой бесконечной эпопеи. (Впрочем, чуть более харизматичный Роджер Мур обладал не намного более существенными талантами: с его простоватой физиономией и бульдожьим обаянием он гораздо органичнее смотрелся бы в кресле американского президента.)

Бондиана 1990-х – начала 2000-х по сути ничем не отличалась от предшествующих фильмов про семерку с двумя нулями, а легкая корректировка тем и масштабное развитие спецэффектов лишь подчеркивали застойное однообразие этой мифологической саги. Почти все, что до сего дня снималось о Бонде, Джеймсе Бонде, – залакированная в какую-то специальную версию гламура фантастика, показующая то, чего «в жизни» не бывает в принципе, и к тому же в 99% случаев откровенно бездарная: герой опусов Флеминга вышел из той же художественной реальности, что и, например, Конан-варвар с Суперменом, да так в ней и застрял. «Казино “Рояль”» образца 2006 года – радикальный переворот в бондиане, причины коего совершенно непонятны, если учесть, что картину делали люди, которые работали над предыдущими частями цикла: режиссер Мартин Кэмпбелл в 1995 году снял «Золотой глаз», а кинодраматурги Нил Пёрвис и Роберт Уэйд написали сценарии к «И целого мира мало» и «Умри, но не сейчас», между делом, правда, язвительно себя высмеяв в «Агенте Джонни Инглише». На сей раз, впрочем, к сценарной группе добавился Пол Хаггис, ставший необычайно популярным и вездесущим после «Малышки на миллион» и «Столкновения», однако вряд ли это что-нибудь могло изменить, тем более что отнюдь не воля сценаристов определяет дух и букву киноторжества, когда речь идет о подобных брендах и бюджетах.

Тем не менее полная смена ориентиров налицо. «Казино “Рояль”» – резкий зигзаг в сторону «повседневной реальности», террористическая пляска смерти взамен горных и подводных царств полусказочных злодеев. В некотором роде то, что произошло с бондианой через несколько лет после 11 сентября, можно сравнить с изменениями в советском кинопроцессе через несколько лет после окончания Великой Отечественной войны, когда сквозь мертвый глянец достойных гоголевского пера свинарок, пастухов и трактористов начала пробиваться добытая в ужасе окопов и блиндажей свобода. «Казино “Рояль”» 2006 года – рывок к взрослению, во многом «вдохновленный» сентябрьским мини-апокалипсисом. Дело даже не только в том, что кое-кто из персонажей хочет обогатиться на манер дельцов, заранее знавших о катастрофе 11 сентября и сделавших на последовавшей за ней финансовой панике многомиллионные состояния (документально доказанный факт!). Гораздо важнее попытки взорвать самолет и скупить по бросовой цене акции разоренной авиакомпании – фактура: несколько минут в прологе герои месят невероятно сочно показанную и звучащую грязную африканскую жижу, в метре над которой происходит очередная сделка по вложению террористических миллионов в мировую банковскую систему. Обратите внимание на то, что в этот момент творится под ногами у персонажей: герои бондианы ходят уже по совершенно другой планете, нежели раньше, по планете, которая хлюпает, смердит и затягивает в свое неприглядное, истинное нутро безо всякого компромисса.

Изменился и сам образ Бонда: на смену лощеным и холеным аристократическим плутам (Шон Коннери все-таки отчасти «подразумевал» под этим имиджем определенную драматическую сердцевину, Пирс Броснан же являл собой плутовство в чистом виде) пришел суровый, хоть и не вполне лишенный иронического лоска, слегка «пролетарского» вида блондин с аквамариновыми глазами, выучившийся великосветским манерам выходец из бедноты (последнее в фильме зафиксировано словесно), лишенный эстетства и в итоге не выдерживающий шпионской тактики холодного расчета на амурном фронте. Герою Дэниела Крэйга не важно, будет ли взболтан коктейль, о чем он и уведомляет официанта с барменом и зрителями, зато благодаря его в эпилоге прорывающимся эмоциям любовный театр контртеррористической дипломатии будет разрушен даже успешнее, чем посредством колоритных ударов плетью в пах (пытки в бондиане явно становятся фактурнее, веселее и энергичнее). Впрочем, противостоящий Бонду злодей Лё Шифр также предельно «заземлен»: его интересуют лишь деньги, ради которых и вертится вся интрига, и только противоастматический ингалятор и время от времени источаемые из глаз кровавые слезы («легкая дисфункция слезных желез» – как бы не так!) придают бесстрастию данного персонажа законченную эстетскую форму.

Разумеется, «Казино “Рояль”»-2006 – плоть от плоти бондовского цикла, со всеми присущими ему традициями, сюжетными и визуальными ходами. Однако можно с полной уверенностью констатировать, что агент 007 наконец-то закончил пребывание в детском саду, растянувшееся не на одно десятилетие, и отправился в школу, которая для каждого, хочет он того или нет, оборачивается ранящей и формирующей «школой жизни», началом перехода из мира чистого воображения в мир символов и поступков.

Vlad Dracula